Возврат на главную страницу номера

-------------------|Береги себя|-------------------

назад дальше
Михаил Бейлькин

"Как уберечься от беды"

Еще одна глава из книги ведущего сексопатолога Челябинской области Михаила Бейлькина "На исповеди у сексолога".

Женской и мужской сценарии часто не совпадают. Об этом свидетельствует и статистика изнасилований. Половина их совершена на квартире у потерпевшей. Иными словами, насилие совершалось по незнанию психологии, свойственной лицам противоположного пола и своего партнера ( партнерши) в частности. Чаще всего девушка уверена, что на свидании они с юношей ограничатся лишь ласками как доказательством любви и приязни, а до полового сношения дело не дойдет. Молодой человек, напротив, убежден, что раз уж подружка пригласила его к себе, то, конечно же, для того, чтобы отдаться ему. Он полагает, что ее сопротивление - всего лишь простая формальность, обязательное проявление воспитанности и традиционной для порядочной девушки сдержанности. После совершенного акта он часто искренне считает, что никакого насилия не было.

Хуже, когда девушка ошибается в своем выборе и ее молодой человек оказывается психопатом или садистом. Надеюсь, что научившись ориентироваться в половом поведении, девушке легче будет избежать психологических ошибок и ситуационных ловушек. Это, впрочем, в полной мере относится и к юношам.

Достаточно много изнасилований, обычно групповых, совершается в подвалах домов. Часто ребята устраивают там нечто вроде клуба. Приглашая к себе девушку, они полагают, что она, соглашаясь пойти к ним, автоматически дает согласие на роль их " общей девчонки". Что ж, прежде чем спуститься в подвал в гости даже к знакомым подросткам, надо подумать, что дело почти наверняка закончится групповым изнасилованием.

Очень опасны насильники-психопаты, возбудимые и эпилептоидные. Напомню " подвиги" психопата из Нижнего Новгорода, который, отбыв один срок по статье об изнасиловании, сразу после выхода на свободу изнасиловал в парке случайно встреченную им на улице тринадцатилетнюю девочку. После этого он долго таскал за собой запуганную и избитую жертву по своим знакомым, сделав ее в конце концов еще и жертвой группового насилия в подвале.

Еще более опасны группы насильников во главе с психопатом-садистом ( достаточно вспомнить участников " секс-банды" в Воронеже, состоявшей ни мало ни много из 32-х человек).

Наконец, самые опасные - это шизоидные психопаты ( нарциссические личности, некрофилы) типа Чикатилло). Именно они совершают " серийные" убийства.

Как вести себя, если судьба столкнет вас с ними?

Самый обычный тип сексуального агрессора - авторитарный садомазохист. Он не уверен в себе и в то же время " запрограммирован" на трепет перед ним жертвы. Этим он почти не отличается от некрофила-нарцисса, который живет в своем фантастическом мире и отгорожен от эмоциональной жизни других людей. Поэтому любое отклонение от привычного для них сценария, а также просто сопротивление им может спасти жизнь их возможной жертве.

Вопрос о том, надо ли сопротивляться насильнику, часто обсуждается в прессе и на телевидении. Так, многие сомневаются в пользе обучения возможных жертв насилия приемам, скажем, карате. Дескать, где уж женщине противостоять садисту, если приемы самообороны чаще всего даже не могут быть пущены в ход ( в лифте, например). Дело однако в другом. Сама по себе мысль о возможности успешного противодействия маньяку способна вывести женщину из транса и вернуть ей способность рассуждать и дейтсововать. Порой этого недостаточно, чтобы спастись.Как только руки на шее ослабили хватку, она остановила лифт, и, выйдя из него вместе с убийцей, тут же принялась нажимать на кнопки дверных звонков всех квартир подряд. Садист бросился наутек.

Так случилось с одной из девушек, которую выследил Г. Когда он вошел вслед за ней в лифт и приготовлися к убийству, девушка поступила примерно так, как ей, по счастью, посоветовали вести себя незадолго до этой роковой встречи. Она сказала убийце, что охотно отдастся ему, если они зайдут к ней, тем более, что в квартире сейчас никого нет и им никто не помешает.

Когда я расспрашивал Г. после его ареста об этом эпизоде, он рассказал что неожиданная для него реакция девушки сразу же выключила у него мысль и обубийстве и обострожности. Он сам впал в транс и безвольно последовал за несостоявшейся жертвой. Мысленно он прикидывал, сможет ли, оказавшись с девушкой наедине, в пустой квартире, совершить половой акт, или такая попытка окажется невыполнимой, как с трупом одной из прежних жертв. При этом убийство девушки, хоть оно и казалось ему делом решенным, как бы отодвигалось во времени. Пока эти мысли вертелись у него в голове, ситуация изменилась, и теперь ему оставалось только одно - срочно уносить ноги. Характерно, что на мой вопрос, как бы он поступил с девушкой, окажись они в ее пустой квартире на самом деле, Г. ответил не задумываясь: " Задушил бы, конечно!"

Вторая девушка, восемнадцатилетняя З., спаслась, яростно отбиваясь и крича, не давая закрыться створкам лифта. Убегая на этот раз, Г. обронил шапку и черные очки. Все это помогло отыскать и арестовать его в тот же вечер.

Мальчик, на которого напал в лифте питерский убийца Игорь Иртышов, оказал ему сопротивление. Этого оказалось достаточным, чтобы садист оставил его в покое. А вот Костя Кузьмин, точно такой же второклассник, на которого тот же убийца напал в соседнем лифте полчаса спустя, растерялся и впал в транс. Иртышов изнасиловал его, после чего запустил руку в его задний проход, вырвал кишечник, и как ни в чем ни бывало, вышел из лифта, оставив на полу истекающего кровью мальчика умирать.

При обороне главное не в том, чтобы одолеть насильника физически. Встреченное сопротивление ломает стереотип поведения маньяка. Из " супермена" он становится самим собой, неуверенным в себе трусливым психопатом. А таких среди садистов подавляющее большинство. Их обескураживает и отрезвляет уже само по себе отсутствие смертельного ужаса перед ними,а ведь именно он, этот их привычный психологический допинг, взвинчивает их и дает им силы совершить преступление.

Надо действовать, сражаться, сопротивляться, звать на помощь ( при этом в наших условиях, когда люди очень неохотно включаются в опасные ситуации, лучше кричать" Пожар! Горим!" Тогда жильцы дома скорее повыскакивают из своих квартир и, действительно, помогут). А если присутствие дуза позволяет вступить в беседу с насильником, шансов на спасение становится еще больше. При этом надо стремиться к той же психологической цели - сломав привычный стереотип негодяя, обескуражить его и сделать неспособным ни на убийство, ни на изнасилование. Можно, например, небрежно и презрительно бросить, как это советуют американские психологи: " Господи, какой же он маленький, твой член!" или " Я сама не против того, чтобы позабавиться, только учти, что у меня гонорея". Обычно после этого искатели острых ощущений жухнут и съеживаются.

Полезно, не дожидаясь беды, время от времени тренироваться перед зеркалом в психологической схватке с предполагаемым садистом. Кто знает, может однажды это спасет вам жизнь.

О том, что необходимо сопротивляться насильнику, известно с древности. Могу сослаться в этом плане на Библию. Раньше меня всегда возмущало и раздражало одно из библейских предписаний:

"Если будет молодая женщина обручена мужу и кто-нибудь встретиться с нею в городе и ляжет с ней, то обоих приведите к воротам того города и побейте их камнями до смерти: отроковицу за то, что она не кричала в городе, а мужчину за то, что опорочил жену ближнего своего, и так истреби зло их среди себя".

Мне казалось, что то обстоятельство, кричала или нет женщина, учитывается лишь при установлении факта ее добровольного или насильственного участия в половом акте. Сейчас я тоже не в восторге от жестокости наказания ( забивание камнями!), но я уловил и целесообразность жесткого предписания женщинам, как им поступать в экстремальной ситуации. С его помощью они как бы программировались на сопротивление, что снижало их растерянность и готовность впасть в транс. Думаю, что многим это спасло жизнь при встрече с садистами, суть которых с древности и до наших дней не изменилась.

Сопротивление уместно и тогда, когда необходимо обезвредить садиста-насильника. Если спускать ему с рук его хамские выпады, он наглеет и становится вдвойне опасным, а это, по меньшей мере, чревато развитием невроза у его жертв, а иногда представляет угрозу и для их жизни.

Весьма слабо отработан способ борьбы с " крысиными стаями" насильников, подобных " секс-банде" из Воронежа. Между тем, сопротивление им необходимо вдвойне. Ведь они не просто насилуют свою жертву группой, но и обрекают ее на постоянный шантаж и глумление. При этом групповое насилие растягивается на годы и калечит душу жертвы. Поскольку нападают на свои жертвы такие группы на улице, то для того, чтобы привлечь внимание прохожих и распугать банду, лучше всего кричать: " Бомба!" Таков совет психолога Евы Норвинд, работницы Нью-Йоркского Центра помощи жертвам насилия.

А вот следовать советам Александра Чуйкова, опубликованным в " Аргументах и фактах", я бы на месте школьников ( к которым они обращены) не стал. Он предлагает детям вступать в доверительную беседу с пристающим к ним " дядям", с тем, чтобы вызвать у возможного насильника добрые чувства." Подойдет все что угодно: " Дядя, а вы не могли бы расписаться в дневнике за папу? А то мне ему двойку показывать неохота!" И дневник с ручкой протянуть, сбить с толку, отвлечь внимание, заставить увидеть в себе конкретного человека - персонифицировать себя".

Боюсь, что приемы, подходящие к обезвреживанию шизоидных психопатов-насильников, вовсе не подходят к педофилам ( любителям детей).

Во-первых, альтруистические стоп-сигналы на них не действуют.

Во-вторых, в отличие, например, от Г., они ( как Чикатилло) превосходно подстраиваются к психологии детей и подростков. Чаще всего педофилы - ласковые говоруны. Они сами охотно заводят беседы. входят во все тонкости детских забот и стремлений, легко преодолевая недоверчивость своих собеседников. Они и дневник подпишут и на дачу к себе свезут, да там и замучат до смерти.

Нет уж, разговор с " ласковым дядей" может быть только один: " Папа не разрешает говорить с незнакомыми людьми. Он велел мне кричать и звать на помощь, если ко мне будут приставать чужие дяди". Родителям надо с девочкой, например, заранее отрепетировать, как ей дать подобную отповедь незнакомцу, если тот попросит ее позвать кого=то ему из подъезда ( квартиры) или посторожить во дворе, пока он помочится ( распространенные приемы как педофилов, как садистов, так и эксгибиционистов соответственно).

Удачная форма поведения, умелое противостояние садисту может спасти жизнь его возможной жертве, но не способно решить проблему садизма в целом. Слишком много факторов участвует в формировании этой девиации. Анализ садомазохистского характера демонстрирует тесные связи между детскими впечатлениями и способностью любить по достижении взрослого возраста; чувством одиночества, тоски и тревоги и выходом в агрессивность; мучительным чувством собственной неполноценности и возникновением националистических предрассудков и ненависти ко всему " чужому", неспособностью быть независимой личностью и половыми расстройствами.

Главное же то, что на возникновение садизма и становление его форм влияет состояние общества. Чтобы это стало очевидным, предлагаю вспомнить судьбы двух кошмарных садистов ХХ века - Геринга и Гиммлера. Первый из них - садист эксплуататорского типа, второй - шизоид и некрофил. В обычное время они ничем особенным не отличались бы. Садизм Геринга ограничивался бы тем, что он жадно подчинял бы себе всех и вся, чтобы по мере возможности использовать их. Гиммлер стал бы типичной " канцелярской крысой" - благоговел бы перед начальством и садистски измывался над подчиненными. К несчастью, кризис, разразившийся в Германии, и приход Гитлера к власти дал им возможность развернуться вовсю. Наступило время садистского беспредела. В конце концов, когда расплата стала неминуемой, каждый из них наложил на себя руки, но ведь миллионы замученных ими жертв это уже не спасет!

В том-то и дело, что распространенность садизма и даже степень " озверения" отдельных садистов зависят от социальных условий. Общественное неблагополучие превращает авторитарные личности в садистов и убийц. А авторитарный тип - явление в наше время массовое. Получается заколдованный круг: люди авторитарного склада готовы дать власть лидерам-садистам. Тогда возникает режим садистского толка. Страдают от этого все - жертвы садизма, в том числе и то авторитарное большинство, что вверило свою судьбу вождям и сами садисты. Примером тому могут служить исторические трагедии Германии и России. Все это объяснимо в свете психологии. " Для людей с авторитарным характером одинаково непостижима как жизнь без страданий и бедствий, так и представление о свободе и равенстве", - пишет Эрих Фромм.

Обнаружив тождество авторитарного характера ссадистским, психологи объяснили тот безумный энтузиазм, с которым обыватель отрекается от права быть личностью и сливается с агрессивной толпой. Это тоже проявления садомазохизма и нарциссизма, уже группового. Общая ненависть и агрессивность ( к врагам народа, классовым врагам, троцкистам, евреям, кулакам, словом, адресат ее может быть самым разным) или общая любовь и самозабвенная преданность ( к вождю, к фюреру, к Сталину, к Германии, к партии - словом, к некоему воплощению группового нарциссизма), все это - сладкий дурман. Он отключает способность реагировать на альтруистические стоп-сигналы, предупреждающие убийство.

-------------------|ТИП - ТОП|-------------------

Russian LinkExchange Advertising Network
Russian LinkExchange Member